Американский педагог Джесси Стоммел рассказал, что не ставит студентам оценки уже почти два десятилетия. Первый курс без баллов он провёл ещё весной 2001 года — и с тех пор не изменил подходу ни разу, даже работая одновременно в четырёх вузах по девять групп за семестр.
Опыт длиной в сто курсов
За карьеру Стоммел преподавал примерно в сотне групп в полудюжине учебных заведений — от небольших гуманитарных колледжей до исследовательских университетов и колледжей комьюнити. Он работал штатным профессором, приглашённым лектором, вёл очные и онлайн-курсы по разным дисциплинам. В пиковые периоды через его аудитории проходило до трёхсот студентов за семестр. Оценки на работах он ставил только тогда, когда преподавал в паре с коллегой, придерживающимся традиционной системы.
Свою методику Стоммел называет предельно просто: «начни с доверия к студентам». Вместо привычной шкалы баллов он делает ставку на самооценку. Финальную оценку он всё же выставляет в конце семестра, но, по его словам, она почти всегда совпадает с той, что студент поставил себе сам. Более того — чаще преподавателю приходится не понижать, а повышать балл, потому что учащиеся, как правило, судят себя строже, чем он.
Почему оценки мешают учиться
Стоммел ссылается на педагога Джона Холта, который называл конкурентное школьное оценивание и дипломы «самым авторитарным и опасным из всех социальных изобретений». По мнению Стоммела, система баллов превращает обучение в транзакцию, а студентов настраивает друг против друга. Диалог, доверие и самостоятельное мышление, считает он, невозможны там, где действует иерархия «преподаватель против ученика».
Отдельно он проходится по расхожим понятиям образовательной бюрократии. Учебные результаты, заранее прописанные до начала курса, он предлагает заменить на «развивающиеся» — те, что формируются вместе со студентами по ходу занятий. Инфляцию оценок называет мнимой проблемой: попытки колледжей искусственно ограничить число высоких баллов, по данным, которые он приводит, оборачивались тем, что заниженные оценки непропорционально чаще доставались чернокожим студентам. Термин «выпрашивание оценок» он считает оскорбительным по отношению к учащимся — виновата, по его словам, сама система, а не те, кто в ней вынужден выживать.
Рубрики, кривые и мотивация
Критике достаются и другие инструменты традиционного оценивания. Оценочные рубрики Стоммел называет механистичными и патронирующими — сложность живого обучения, по его мнению, невозможно втиснуть в таблицу три на три клетки. Оценивание по кривой распределения, продолжает он, стравливает студентов между собой и закрепляет преимущество тех, кто и так был привилегирован системой. А оценки за «участие» вообще считает внутренне противоречивыми: преподаватель не может судить об искренности диалога, одновременно выставляя за него баллы.
По наблюдениям Стоммела, тревожность вокруг оценок в последние полтора десятилетия только растёт — статистика поисковых запросов фиксирует резкие всплески интереса к теме дважды в год, в мае и декабре, синхронно с сессиями. Отказ от баллов, подчёркивает он, не избавляет от давления системы полностью, но снимает главный источник этого давления — саму цифру, которая, по его словам, десятилетиями подменяла собой настоящий разговор об обучении.
